Перейти к содержимому


OFFLINE   Lange

Lange

    Интересующийся

  • Пользователь
  • PipPip
  • 294 сообщений
  • Регистрация 19-Июнь 13
  • ГородСанкт-Петербург
  • Страна: Country Flag

Отправлено 05 Июль 2013 - 13:22

Нетленка

Наверное, больше всего сюда подходит. Из интервью Дмитрия Алексеевича Толстого (http://www.kamsha.ru...nt/tolstoy.html) :

- Конечно, время обратного хода не имеет, но все же, где бы вы предпочли вырасти? В СССР или в эмиграции?


- Ну конечно же, в России! Я, хоть и родился в Берлине, ничего не помню. Привезли меня сюда, когда мне было семь месяцев. Так что мир я уже потом посмотрел.
 
- Давайте вернемся к возвращению ваших родителей из эмиграции. Вам ведь наверняка об этом рассказывали.

...мама рассказывала, что стало последней каплей в их решении вернуться. Мой брат Никита, которому было года четыре (а в этом возрасте дети очень смешные) как-то с французским акцентом спросил "мама, а что такой сугроооб"? Отец вдруг осекся, а потом сказал: "ты только посмотри. Он никогда не будет знать, что такое сугроб".

Родители в России любили даже простые пейзажи, и они тосковали, как все эмигранты. Я недавно перечел рассказ Тэффи и в очередной раз прочувствовал, какая страшная тоска была в те годы у уехавших. Им казалось, что если они вернутся, будет лучше.

- Несмотря на большевиков?

- Сначала все думали, что с большевиками скоро будет покончено, надеялись то на Деникина, то на Врангеля. А мама очень хорошо знала и того, и другого. Да и про Колчака она потом рассказывала, что это был умнейший, интеллигентнейший человек. Очень добрый, очень музыкальный, очень порядочный...

Кстати говоря, Горький очень не советовал отцу возвращаться. "Куда ты едешь, - сказал он, - там мрак, ты там со своей литературой совершенно не нужен!" - и уехал в Италию. Но родители очень хотели вернуться, думали, что все будет хорошо, все наладится, они смотрели на будущее с удивительным оптимизмом. И вернулись.

- Наверное, без неприятных инцидентов не обошлось?

- Отца сразу стали травить левые. Особенно усердствовал Всеволод Вишневский. Однажды, пьяный, он зашел в пивную, увидел там отца, которого страшно ненавидел, и буквально на него напал. Они, дескать, своей кровью Советскую Россию защищали, пока всякие там прохлаждались по Мулен Ружам, и так далее. Не знаю, правда, как и кого он защищал своей кровью, но в папу он запустил пивной бутылкой. К счастью, она пролетела мимо. Так что отношения были сложные. Но мой отец, в отличии от меня, был очень практичным человеком. Он сразу же понял, что нужно и можно делать.

Тогда был расцвет НЭПа, можно было очень много работать и зарабатывать. Даже антикварные магазины были открыты; вот эти вещи, которые вы тут видите, куплены именно тогда. Тогда работало авторское право, и отец в соавторстве со Щеголевым написал очень прибыльную пьесу, которая сразу же их обогатила.

- И что это была за пьеса?

- Называлась она "Заговор императрицы". Конечно, это было безобразие. Они в угоду, как сейчас говорят, конъюнктуре исказили дневник Вырубовой, но было такое время, что они были вынуждены на это пойти. И отец страшно разбогател.

Всем было интересно покопаться в императорских тайнах, тем паче, в зале сидел люди, которые еще помнили эти лица, эти имена. Интерес к царской фамилии, к личной жизни, к интригам и сейчас не пропал, пережив все войны и пертурбации, тогда же последние годы царя были и вовсе памятны, а тут на всеобщее обозрение вроде бы вытащили всю подноготную. Хотя авторы очень сильно покривили душой, подгоняя факты под ситуацию. Пьеса с моральной точки зрения была очень некрасивой, но до уровня Шекспира, ославившего Ричарда Третьего горбатым детоубийцей, они все же не докатились. Ни по размаху вранья, ни по конъюнктурности.
Если ругают кого-то - значит, нужно потом хвалить, и наоборот. Взять реабилитированного ныне Тухачевского - он ведь, что ни говори, и первую свою присягу нарушил, и польскую компанию жутким образом провалил. Кстати, он был в очень хороших отношениях с Шостаковичем. Маршал баловался скрипкой, и ему льстило знакомство со столь известным композитором. Шостакович мне рассказывал, что они бывали друг у друга, да и Софья Васильевна, мама Дмитрия Дмитриевича, тоже об этом вспоминала. 
Стравинский, сам того не подозревая, стал одной из трагических фигур русской культуры, хотя у него самого очень счастливая жизнь. На западе он стал композитором номер один; тосковал ли он по родине, не знаю, но большевиков он терпеть не мог, это было ясно с самого начала. Впрочем, все кто туда уехал, их не жаловали, в том числе и моя семья.

Одно время мой отец говорил, что им всем надо иголки под ногти загонять, но отец тогда еще молодой был, это он от молодого ража...
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    - Да, потом его взгляды резко изменились...

- Отец безумно боялся Сталина, отсюда и тот страшный конформизм, в котором его упрекают. Он один из первых понял, что Сталин ни перед чем не остановится. Смерть все время витала около отца; поведи он себя чуть-чуть неверно, ему бы все припомнили: и эмиграцию, и происхождение, и былые высказывания. Но он себя вел умно. Он, так сказать, бросил кость, написав в угоду Сталину "Хлеб", "Путь к победе", ряд статей.

- А "Иван Грозный"?

- "Иван Грозный" - абсолютно конъюнктурное произведение. Оно, хоть и написано великолепным языком, но по духу ужасно. Зато в "Петре", "Повести о смутном времени", "Инженере Гарине" ничего подобного нет, там совсем другие настроения, а в инженере Гарине он и вовсе вывел диктатора мира, причем внешность ему дал абсолютно ленинскую. И я, и отец удивлялись, как цензура это пропустила и не заметила, как это вообще никто не заметил. Видимо, не посмели даже предположить подобное.
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                     - Ну а если бы посмели?

- Всегда можно было сказать, что это не Ленин, а Троцкий. Отец прекрасно понимал, что такое тоталитаризм, что за время и что за страна ему досталась. Это прошлое даже сейчас прорывается, причем в самых неожиданных местах. Сдираешь со стен старые обои, а там газета, а в ней призыв ударить по пасхальным яйцам и вербному воскресению... Все ударяли, давили, искореняли...
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                    - Ведь Алексей Николаевич неоднократно встречался со Сталиным?

- Да, причем всегда делал вид, что он раскован, спокоен и так далее, а внутри у него все тряслось. Я помню, как на даче в Барвихе ему несколько раз звонил Сталин, и каким бывал отец после этих разговоров.

Отцу досталось очень тяжелое время, пусть его осуждают, но я не могу это делать. Он своим поведением спас жизнь нам всем. Я видел, как выглядели семьи врагов народа, то же грозило и нашей, тогда еще очень большой семье. Никита, я, мама, потом мои брат и сестра - все мы могли загреметь очень легко и очень далеко. Отец моей жены так и не вышел, хоть реабилитирован. Ей предлагали денежную компенсацию, что-то рублей 300 по-моему.

Конечно, Булгаков и Зощенко вели себя смелее. Даже молчать в то время уже было смелостью и немалой. Это Паустовский мог помалкивать, да и то все-таки писал, а отцу нельзя было, это бы выглядело слишком красноречиво.

  • 0

"А я говорю: возьмёмтесь рука с рукою те, которые любят добро, и пусть будет одно знамя — деятельная добродетель. ... Я хотел сказать только, что все мысли, которые имеют огромные последствия, — всегда просты. Вся моя мысль в том, что ежели люди порочные связаны между собой и составляют силу, то людям честным надо сделать только то же самое. Ведь как просто." (Л.Н.Толстой. "Война и мир")